Главная страница

English page

Логико-смысловая теория

 

        Логико-смысловая теория - это систематизация идей, касающихся "исчислимости" смысла. Это попытка создать методологию, позволяющую понять, как возникает осмысленность.

        Ни то, ни другое, ни третье. Логика смысла воздерживается от двух априорных постулатов: о субъективности смысла и его субстанциальности. Этим она отличается от направлений философии, слишком многочисленных, чтобы быть перечисленными здесь.

        Критическое отношение к двум названным постулатам принципиально, поскольку без него невозможно выполнить программную задачу логики смысла.

      Она заключается в том, что смысл можно закономерно "высчитать". С точки зрения логико-смысловой теории (ЛСТ), смысл - это не "содержание", почти бесконечно варьируемое и вкладываемое в твердо отлитую "форму", готовую это многообразие принять и закономерно упорядочить. Дихотомия формы и содержания - одно из фундаментальных открытий западной философской мысли, значение которого для развития западной философии, да и теоретической мысли в целом, переоценить не то чтобы трудно, а попросту невозможно.

        Эта дихотомия не ставится в ЛСТ под сомнение; под сомнение ставится ее фундаментальный характер. С точки зрения ЛСТ, "за" этим уровнем (или "глубже" этого уровня - как угодно) имеется другой, предшествующий дуализму формы и содержания.

        Показать, что на этом уровне можно "работать" - задача-максимум ЛСТ. Этот конструктивный подход еще не разработан настолько, чтобы его результаты можно было обсуждать публично.

        Критический анализ служит развитию этого конструктивного подхода и решает вместе с тем ряд собственных задач. Общее направление работы заключается в том, чтобы понять, насколько (не)универсальной является дихотомия формы и содержания, т.е. существуют ли случаи, когда она дает фатальный сбой, и если существуют, то в чем именно такой сбой заключается, каковы его причины и как ситуация может быть исправлена. Некоторые обобщенные соображения на этот счет, сопровождаемые конкретными примерами, высказаны в статье Номинальность и содержательность. В работе Соизмеримы ли основания рациональности в разных философских традициях? этот подход конкретизирован применительно к логике аргументации. Здесь ставится вопрос: насколько в разных культурах совпадают предельные, чаще всего неартикулируемые, основания, к которым апеллирует рациональная доказательность и в которых она черпает в конечном счете свою силу? Статья Справедливость (опыт контрастного понимания) пытается нащупать пределы, в которых привычная для нас интуиция правильно "работает" (и за которыми она, следовательно, подводит нас) при разграничении содержательности и формальной закономерности в области, которую можно условно обозначить как основы арабской правовой теории (усуль аль-фикх). В статье Подражания восточным стихотворцам те же задачи решаются применительно к поэтике - области теоретического знания, очень подробно разработанной в классической арабской культуре.

        Критический анализ нашей устоявшейся привычки определенным образом разграничивать содержательность и формализм сопровождается в этих статьях показом того, что это разграничение может проводиться и проводится в другой культуре на иных основаниях. Это и означает, что "за" разделением формального и содержательного (или "до" этого разделения) имеется другой, более фундаментальный уровень. Этот уровень определяет не только то, каким образом будет проведена граница между формализмом и содержательностью в разных культурах, но также (и одновременно с этим) - каким будет "поведение" образуемых в ходе такого разграничения "содержательностей". Последнее готовит почву для перехода от критического подхода к конструктивному.

        Наиболее полно на сегодня положения ЛСТ отражены в Логике смысла.

        Самостоятельное, не отменяемое этой книгой  значение имеют четыре перечисленные выше статьи.

        Определенное представление об ЛСТ дают сравнительные штудии, имевшие существенное значение для формирования ее методологии. Эти статьи являются по сути дела попыткой понять последовательность рассуждений философа как континуальное смысловое поле - такое, в котором задаваемые вопросы и ответы на них логически обусловлены. Возьмем сравнение Бердяева и Ибн Араби. Если задаваемые двумя философами вопросы одинаковы, почему различаются их ответы? Причина этого - логическое различие в априорном (для данный цепей рассуждений) понимании фундаментальных (опять-таки для данных рассуждений) категорий. Сравнивая понимание Бога, мира и отношения между ними в учениях Николая Кузанского и Ибн Араби, я исходил из того, что общая задача, одинаково формулирующаяся в обоих случаях, имеет два решения, существенно различных и даже в каком-то смысле противоположных, причем это различие и эта противоположность предопределены изначальным различием в двух пониманиях Бога, удовлетворяющих условиям общей задачи. Схожим образом, сравнивая понимание Первоначала в суфизме и буддизме, мы в нашем диалоге с А.Накорчевским показываем, что, одинаково именуя начало и конец всего и даже приписывая ему одни и те же фундаментальные характеристики (бытие, единство, всеединство), представители двух учений понимают его совершенно по-разному в силу изначальных различий, носящий логический характер.       

        Хотя это вряд ли сразу бросится в глаза стороннему наблюдателю, энциклопедические статьи по арабской философии и этике написаны с единых позиций и, несмотря на свой как будто "рассыпанный" вид, представляют собой единый блок. В них я стремился показать фундаментальное значение "механизмов" смыслообразования, характерных для арабской культуры в ее отличии от западной. Некоторая систематизация этих статей дана в работе Словарь категорий: Арабская традиция, предисловие к которой дает представление о ее принципах. Описание теоретических построений, выполненных классической арабской культурой, с единых позиций и как единого смыслового поля, является моей ближайшей задачей.

        Фикх, филология и философия (основные сферы теоретического мышления в арабской культуре), а также этика и эстетика (упомяну их отдельно) - сегменты этой культуры, для которых уже сейчас выполнено логико-смысловое описание. Эта работа выполнялась на протяжении длительного времени, когда сама ЛСТ находилась на разных стадиях становления, а потому глубина логико-смыслового анализа в отдельных разработках различается весьма существенно. Предварительные идеи о логико-смысловом устроении фикха высказаны в статье Справедливость, хотя фикх еще предстоит исследовать очень серьезно. Логико-смысловое исследование филологии дано в отдельных параграфах Логики смысла (Гл.II, §§1.2, 1.3 и др.), в первой главе Логико-смысловых оснований, в статье Номинальность и содержательность и в статье о поэтике. Логико-смысловое исследование философии выполнено во многих работах. Это Логика смысла (Глава II), серия статей в Новой философской энциклопедии, статья Апории Зенона и калам, в какой-то мере и другие работы; обобщающим конспектом служит здесь "История классической арабской философии". Логико-смысловой анализ мусульманской этики выполнен в работе Классическая арабо-мусульманская этическая мысль (формат вузовского учебника предполагает минимальную степень теоретического поиска, поэтому логико-смысловое основание этики здесь заявлено только в скобках, хотя и совершенно отчетливо), в значительной мере подготовленной серией статей для словаря "Этика"; этот материал систематизирован в статье Мусульманская этика как система. Эстетическая сфера изучена с логико-смысловых позиций в Поэтике, эстетика невербального творчества исследована во второй главе Логико-смысловых оснований.

        Вопрос о фундаментальной интуиции, лежащей в основании логики смысла, характерной для арабо-мусульманской культуры, специально поднимается в докладе "Основания рациональности в разных культурах".

        Наличие разных логик смыслополагания ставит вопрос о соотношении между логикой смысла и формальной логикой. Эта проблема поднимается в Логике смысла (см. Предметный указатель) и в статье О логической интуиции.

        В свободной форме идеи ЛСТ изложены в статье-интервью Культура ислама: от смысла к стилю, в выступлении в дискуссии о логических основаниях инаковости культур, в докладе об основаниях рациональности в разных культурах.

 

        Есть авторы, раньше меня или независимо от меня высказавшие мысли, хорошо согласующиеся с ЛСТ. Есть авторы, которые строят свои исследования на основе ЛСТ и развивают ее.

                Д.В.Фролов Арабская филология. М.: ЯСК, 2006. Книга собирает под одной обложкой статьи, написанные на протяжении последних тридцати лет. Они публиковались в малодоступных даже для специалистов изданиях, а потому я советую всем арабистам и филологам познакомиться с этим изданием. Но это не просто сборник: автор совершенно прав, говоря в предисловии, что в результате получилась книга. Удивительная чуткость и точность отражения такой сложной и тонкой материи, как арабское теоретическое мышление, представленное в одной из самых уважаемых наук классического периода - филологии, составляет безусловное, и пока не до конца оцененное достоинство этой книги. Автор показывает, насколько системообразующим для классического арабского мышления был механизм асл-фар' (один из двух, согласно ЛСТ, механизмов смыслополагания) и в чем именно это мышление оказывается несовместимым с принятыми (более того, аксиоматичными) приемами западного мышления.

                М.Дж.Назарли Два мира персидской миниатюры. М.: РГГУ, 2006: книга создавалась очень долго, и, хотя автор хорошо знаком с моими идеями, этот текст был в основном завершен до того, как я вполне отчетливо сформулировал исходные положения ЛСТ. Тем знаменательнее для меня совпадение фундаментальных закономерностей, о которых мы говорим вместе с Маисом Джангировичем: соотношение "явное-скрытое" (захир-батин) и является тем, что "считывает" носитель арабо-мусульманской культуры с предъявленной ему миниатюры (или, добавлю я, орнамента). Почитайте эту книгу, не пожалеете: миниатюра, представляющаяся большинству (чего там греха таить) примитивной картинкой, окажется загадкой куда интереснее кода Да Винчи.

                Г.Б.Шамилли. Классическая музыка Ирана. Правила познания и практики. М.: ИД "Композитор", 2007. Исследование, построенное на основе изучения всей доступной исламоведческой литературы и источников. ЛСТ оказывается действенным инструментом, вскрывающим архитектонику исламской музыки и показывающим, в чем и почему она отличается от привычной нам западной музыки.